Собственность есть кража аргументы

Собственность есть кража аргументы












Прудон П.Ж.
Что такое собственность? или Исследование о принципе права и власти. Пер. с фр. Изд.2, доп.
2011. 280 с.

Вниманию читателей предлагается классический труд выдающегося французского социального мыслителя, одного из основателей анархизма Пьера Жозефа Прудона (1809—1865), в котором он обращается к понятию собственности и ее отношениям с властью и правом. В этой работе собственность рассматривается автором как ни на чем не основанное присвоение одним человеком (или группой людей) права на какую-либо вещь, отмеченную им его печатью. Прудон приводит десять аргументов в защиту своего утверждения о том, что собственность физически и математически невозможна. Выступая с критикой крупной капиталистической собственности, Прудон тем не менее считает собственность в умеренном, «разумном» размере не только полезной и оправданной, но и необходимой. Истребление крупной частной собственности предлагается им с целью установления всеобщей справедливости, которая, в свою очередь, достижима только на основе всеобщего равенства.
Книга рекомендуется как специалистам — политологам, экономистам, социологам, историкам, философам, так и широкому кругу заинтересованных читателей.

Социальная справедливость и собственность

Книга Пьера Жозефа Прудона (1809—1865) «Что такое собственность?» (1840) — одно из классических, основополагающих произведений анархистской мысли. При этом весьма примечательно, что данная книга сыграла немалую роль в складывании теоретических основ марксизма, подтолкнув молодого Маркса непосредственно к социалистическому мировоззрению.

Резкие выступления Прудона против собственности имели двоякий характер. С одной стороны, он заявлял, что «собственность — это кража», то есть результат насильственного присвоения достояния всех, либо отдельных конкретных производителей, немногими. С другой же стороны — отстаивал модель рыночных некапиталистических отношений, которые подразумевают, по логике своего развития, наличие каких-либо правовых институтов, сходных с частной собственностью по своему назначению. Историк и бывший активный деятель анархо-синдикалистского движения Александр Шубин утверждает при этом, что Прудон противопоставлял понятию «собственность» понятие «владение».

Стоит отметить, что противоречивость и неоднозначность теоретических воззрений Прудона приводят к заметно расходящимся (в том числе — диаметрально противоположным) оценкам его наследия. Так, например, догматичные оценки его мировоззрения, присущие работам авторов-марксистов, сводятся к тому, что французский анархист осуждал крупную частную собственность, но тем не менее — защищал мелкую. Отсюда делается вывод о его «мелкобуржуазности». С другой стороны сторонники социального анархизма (анархо-коллективисты, анархо-синдикалисты, либертарные коммунисты) считают Прудона своим предшественником, который непоследовательно критиковал рыночные экономические отношения. В свою очередь немало анархо-индивидуалистов и сторонников разного рода рыночных анархистских моделей (индивидуалисты-рыночники, анархо-капиталисты, агористы и т.п.) считают его родоначальником индивидуалистического рыночного анархизма. Высказывалось даже мнение, что Прудон был. коммунистом: «Коммунизм отрицания собственности, провозгласивший принцип «Всё принадлежит всем!» — это коммунизм по Прудону» — утверждает претендующий на оригинальность анархист Петр Рауш.

При этом все интерпретаторы прудоновских идей отчасти правы, и в тоже время никто из них не прав в целом (пожалуй, лишь приведенное мнение П.Рауша представляется полностью несостоятельным). Таким образом, речь идет о том, что наследие П.Ж.Прудона столь многогранно и противоречиво, что дать ему однозначную оценку попросту невозможно. Как заметил по этому поводу Даниэль Герен (1904—1988): «Прудон был ходячим противоречием: он рассматривал собственность как источник несправедливости и эксплуатации и испытывал к ней слабость, хотя только до того предела, за которым он видел независимость индивидуума».

В этом смысле крайне важно замечание А.В.Шубина о противопоставлении «собственности» и «владения», а также — распространённое среди исследователей мнение об анархо-коллективистских взглядах Прудона, повлиявших на теоретическое развитие М.А.Бакунина. Через него прудонистские идеи оказали влияние на формирование собственно анархистского коммунизма и французского революционного синдикализма (несмотря на отрицательное отношение Прудона к забастовкам). Конечно критика частной собственности — крайне важная составляющая теории коммунистического анархизма, но при этом назвать коммунистом Пьера Жозефа Прудона — значит, погрешить против исторической истины. Он не просто не был коммунистом, но был противником коммунистических идей, которые в тридцатые-сороковые годы девятнадцатого столетия были прерогативой социалистов-государственников (одной из их разновидностей).

Некоторая запутанность и противоречивость идей Прудона приводили его к выводам, которые Д.Герен характеризует следующим образом: «В своем коллективизме Прудон был, однако, категорически против государственности. Собственность необходимо отменить. Общность (как ее понимал авторитарный коммунизм) является угнетением и рабством. Таким образом, Прудон выступал за сочетание собственности и общности: это была идея объединения. Средства производства и обмена не должны контролироваться ни капиталистическими компаниями, ни государством».

Что же касается взаимосвязи прудонизма и анархо-индивидуализма, здесь стоит обратить внимание на замечание Петра Кропоткина утверждавшего, что хотя индивидуалисты и ссылаются на мутуализм (или в другой транскрипции — мютюэлизм) по Прудону, то есть «ищут разрешения социальной задачи в свободном, добровольном союзе тысяч мелких союзов (. )», тем не менее — это ошибочный подход, так как устройство общества на подобных началах гораздо ближе к коммунистическому, нежели индивидуалистическому. При всем при этом П.А.Кропоткин соглашался с тем, что французский анархист «говорил во имя личности, ревностно оберегающей всю свою свободу, желающей сохранить независимость своего уголка, своей работы, своего почина, своих исследований тех удовольствий, которые эта личность может позволить себе, не эксплуатируя никого другого, борьбы, которую она захочет предпринять, — вообще всей своей жизни». В связи с этим уместно упомянуть, что как Кропоткин называл мютюалистские идеи Прудона компромиссом между коммунизмом и индивидуализмом, так и западный исследователь Брайан Моррис называет анархизм Бакунина смесью коллективизма и индивидуализма. Всё же, как мы указали ранее, идеи Прудона имели, скорее, коллективистскую направленность.

Заложенные в основу книги Прудона критические идеи относительно собственности получили дальнейшее радикальное развитие в работах теоретиков анархистского коммунизма и синдикализма. Наиболее полно и последовательно эти идеи представлены в классической уже работе Петра Алексеевича Кропоткина «Хлеб и воля» (1892), в которой данный автор изложил свое видение свободного, безгосударственного, безвластного общества, основанного на взаимопомощи и солидарности. Прудон задавался вопросом «справедлива ли собственность?», и отвечал на него: «нет». Развивая данный тезис, Петр Кропоткин писал: «всё принадлежит всем». Этот момент стоит пояснить особо, так как существует множество мифов и откровенных искажённых представлений относительно коммунистического (и анархо-коммунистического — в том числе) понимания роли собственности в будущем обществе.

В анархо-коммунистической теории существуют два основных подхода к этой проблеме. Первый из них сводится к разделению частной и личной собственности: первая подразумевает извлечение экономической выгоды из обладания чем-либо (не обязательно материальным предметом), вторая же — использование чего-либо в своих личных целях вне экономических задач и интересов. Сторонники второго подхода предполагают, что в коммунистическом обществе вообще не будет иметь место такое понятие как собственность.

По сути оба подхода не противоречат друг другу, однако исходят из разных положений. Разделение в анархо-коммунистической традиции собственности на личную и частную — это оперирование терминами рыночного общества. При этом второй подход подразумевает, что в безгосударственном коммунистическом обществе будут существовать совершенно иные межличностные и общественные отношения, основывающиеся на принципах, отличных от сегодняшних. Разумеется, это потребует выработки новой терминологии, либо ее серьезной модернизации. В этой связи интересно привести мнение немецкого теоретика анархо-синдикализма Рудольфа Роккера (1873—1958), говорившего, что: «Нынешний общественный строй, который называется также капиталистическим, основывается на экономическом, политическом и социальном порабощении трудового народа и находит свое выражение, с одной стороны, в так называемом «праве собственности», то есть, в монополии на обладание, а с другой стороны, в государстве, то есть, монополии на власть».

Существует также противопоставление общественной собственности частной, этот подход хотя и является частью анархо-коммунистической традиции, но представляется сегодня несколько устаревшим и малоиспользуемым. В любом случае, правда, следует пояснить и его, чтобы внести максимум ясности в вопросе об отношении левых анархистов к собственности. В качестве иллюстрации приведем слова одного из классиков анахо-коммунистической и синдикалистской традиции, Александра Беркмана (1870—1936): «(. ) общественная собственность — то есть свободное и равное участие всех в общем труде и общем благосостоянии». Данный подход к собственности был во многом данью наследию коллективистского анархизма по Михаилу Бакунину, из которого собственно и выросла анархо-коммунистическая теория.

Исследуя понятие частной собственности, еще один классик анархистского коммунизма — Жан Грав (1854—1939), писал в своей книге «Умирающее общество и анархия», что частная собственность необходима только для одного — эксплуатации человека человеком, что вполне соответствует прудоновской традиции осуждения собственности как продукта присвоения немногими результатов труда многих и средство манипуляции и эксплуатации.

Стоит отметить, что наиболее полного воплощения в жизнь антисобственнические идеи достигли в практике испанских анархо-синдикалистов периода Испанской революции и Гражданской войны 1936—1939 гг. В мае 1936 года на четвертом конгрессе, проходившем в Сарагоссе, была выработана программа конкретных анархо-коммунистических преобразований, которая должна была стать руководством к действию в случае начала революции. В действительности ситуация сложилась иначе, и часть лидеров Национальной конфедерации труда (НКТ) предпочла этим преобразованиям политику антифашистского единства с республиканским правительством. Тем не менее, на низовом уровне, особенно в сельских районах Арагона, развернулось строительство либертарного коммунистического общества, встретившее сопротивление внутри республиканского лагеря и окончательно подавленное с победой мятежников-франкистов. Противники радикального анархистского коммунизма в рядах анархистов (либо симпатизирующие анархизму авторы, как А.В.Шубин) настаивают на том, что в ходе Гражданской войны в Испании происходил процесс возвращения испанских анархо-синдикалистов от кропоткинских идей к прудоновско-бакунинской традиции. Однако имеющиеся данные о социальных преобразованиях НКТ в те годы не подтверждают эту точку зрения.

Смотрите так же:  Ветераны боевых действий льготы в 2019

Развитие во второй половине двадцатого столетия экологического движения привнесло новые элементы в критику собственности. Так, например, один из основателей социальной экологии, экоанархист Мюррей Букчин (1921—2006) писал в 1964 году: «Собственность, господство, иерархия и государство во всех их формах абсолютно немыслимы в контексте сохранения биосферы».

Выражаясь в терминах, отражающих современные, рыночно-капиталистические реалии, сторонники радикальных либертарно-коммунистических преобразований стремятся не подавить личный интерес (и с этой точки зрения — личную «собственность», или владение), но привести в состояние гармонии личные и общественные интересы. Фактически П.А.Кропоткин и его последователи вели речь о том, что только на основе индивидуальной свободы и личного благосостояния можно построить солидарное коммунистическое общество, и напротив — вне солидарного коммунистического общества не может быть подлинной свободы и благосостояния отдельных индивидов. При этом для них характерно стремление исходить при поиске подходов к этим проблемам из необходимости «решения текущих социальных и экологических проблем».

Стоит отметить также и тот факт, что с развитием в наше время информационных технологий, производственных мощностей, трехмерных технологий (например, таких как трехмерные принтеры) становится все более сложным сохранять легитимность частной собственности. По мере того как продукция может тиражироваться во все больших масштабах, складывается экономика знаний, наукоемких технологий, а использование всё большим количеством людей нематериальной стороны экономики и производства не исчерпывают их, а только приумножают. В этих условиях происходит упадок традиционного капитализма. Естественно речь при этом не идет о неизбежной смерти капиталистических (и шире — рыночных) экономических отношений — капитализм активно сопротивляется нововведениям, стараясь максимально коммерциализировать перечисленные инновации и ограничить по возможности их распространение, в частности при помощи права копирайта. Тем не менее, несмотря на стоящую перед человечеством проблему исчерпаемости многих традиционных для индустриальной цивилизации ресурсов, становится все более реальной возможность функционирования нерыночного общества.

Таким образом, несмотря на определенную противоречивость, критика П.Ж.Прудоном понятия собственности как таковой в современных условиях развития информационных и наукоемких технологий представляется актуальной и интересной. И поэтому, хотя книга «Что такое собственность?» и написана 170 лет назад, она не выглядит устаревшей в своей сути.

Собственность есть кража аргументы

Собственность – не кража

2011-10-23 Василий Пихорович Версия для печати

Кажется, что все дело в том, что буржуазные партии и деятели не хотят сделать так, чтобы все было хорошо. На самом деле они не просто не хотят — они не могут. При капитализме не может всем быть хорошо.

Только самый последний дурак может поверить в лозунги типа: «Сделал для себя — сделаю и для вас». «Для себя» то они как раз нас и «сделали». Все остальное от них уже не очень то и зависит.

«Собственность — это кража», — провозгласил когда-то французский социалист Прудон, пытаясь объяснить причины бедственного положения трудящихся при капитализме и наметить пути его улучшения. Классики марксизма подвергли эту мысль уничтожающей критике, поскольку она не вскрывает действительные причины нищеты трудящихся при капитализме, а, наоборот, скрывает их, замазывает и, тем самым оказывается очень хитрым препятствием на пути борьбы против этой нищеты. К сожалению, подавляющее большинство политических партий, в том числе и тех, кто относит себя к левым, полностью разделяют прудоновский лозунг, и объясняют сложившееся положение именно тем, что буржуазия у нас криминальная, и все ее богатства — результат воровства и грабежа, в общем, несправедливого распределения.

Но на самом деле собственность, а точнее частная собственность на средства производства — это вовсе не кража. Частная собственность — это значительно хуже.

Если у вас украли даже очень много денег или очень дорогую вещь — это неприятно, но в другой раз вы будете осторожней. Совсем другое дело, когда у вас денег не крадут, но, пользуясь правом частной собственности на средства производства, у вас ежедневно безвозмездно забирают часть (притом большую часть) вашего труда. Здесь вам не поможет никакая осторожность. Как миленький, вы понесете «его препохабию капиталу» свою рабочую силу, талант, вдохновение и что там у вас еще есть. Да еще рады будете, что он не отказался забирать именно у вас, а не у вашего ближнего-конкурента, часть вашего труда в обмен на высочайшее разрешение жить в этом мире, где он является полным, суверенным, ни от кого не зависимым хозяином.

Но почему классики марксизма беспощадно критиковали Прудона и всех, кто разделял его точку зрения на собственность, как результат воровства, насилия, грабежа? Разве не выступали эти люди против буржуазии? Разве не обвиняли они капитализм в несправедливости распределения и не призывали сделать его более справедливым? Разве не желали они добра рабочим?

Желать то они желали, но одно дело желания политиков и даже целых политических партий, а совсем другое — реальные результаты их действий, их действительная роль в классовой борьбе. Перетаскивая вопрос об источниках богатства капиталистов из экономической области в моральную, мы теряем возможность увидеть действительную, а не иллюзорную связь между производством и распределением при капитализме.

Сущность капиталистического производства в том, что оно ведется исключительно ради производства и присвоения собственником средств производства прибавочной стоимости, которая представляет собой продукт неоплаченной части труда рабочих. Оно в принципе невозможно без эксплуатации, то есть без присвоения продуктов труда рабочих. Капиталист не только не захотел бы, но и не смог бы производить, если бы не присваивал чужого труда, то есть не получал прибавочной стоимости. Он тогда бы просто разорился. Но даже от разорения одного капиталиста выиграли бы не трудящиеся, а другие капиталисты. Уменьшение количества конкурентов создает идеальные условия для того, чтобы оставшиеся капиталисты смогли договориться между собой, как сообща действовать против рабочих. Нищета миллионов трудящихся — такой же продукт современного капиталистического производства, как и роскошь миллионеров. Какие бы богатства не накапливались на одном полюсе капиталистического общества, нищета на другом от этого не исчезает, а умножается и усиливается. Ибо нищета миллионов и миллиардов тех, кто не имеет никакой собственности, при капитализме является условием не только богатства собственников, но и условием существования капиталистического производства вообще. Рабочий не стал бы работать, если бы он не был лишен средств к существованию. И невозможно покончить с нищетой и необеспеченностью существования, пока не будет покончено с капиталистическим способом производства. В этом суть марксистского учения. Если же кто-то утверждает, что капиталистический способ производства вполне хорош и может дальше существовать, а капиталистический способ распределения плох, и его нужно заменить на более справедливый, то, независимо от своих субъективных желаний и устремлений, он объективно является не только полным невеждой в области политэкономии, но и защитником капитализма в политике.

Разговоры о «цивилизованном», «социально ориентированном» рынке со справедливым распределением есть реакционная утопия, которой никогда не суждено сбыться. Для трудящихся она не несет ничего, кроме вреда, поскольку уводит их от единственно правильного разрешения их проблем — от уничтожения капитализма с его рыночными отношениями и замены его социализмом с планомерным производством, ориентированным не на извлечение прибыли, а на обеспечение условий для всестороннего развития каждого человека и всего общества. Вместо мобилизации трудящихся на борьбу за решительное уничтожение капитализма, их обрекают на губительное бездействие, наполняя их головы глупыми несбыточными мечтаниями о рыночном хозяйстве, при котором произведенный продукт будет распределяться справедливо.

Спору нет, что преступление и капитализм неразделимы. Обман, мошенничество, прямой грабеж — неизбежные спутники самого развитого и «цивилизованного» капитализма. Но вовсе не преступления порождают капитализм, а наоборот, капитализм порождает преступления. А это значит, что невозможно устранить присущую капитализму несправедливость распределения, ликвидировать эксплуатацию трудящихся, безработицу, нищету, не уничтожив сам капитализм, не ликвидировав его экономическую основу — рыночное, стихийное, ориентированное исключительно на извлечение максимальной прибыли хозяйство, и не заменив его хозяйственной системой, где не частная собственность, а разумный, направленный на общее благо план будет диктовать направление экономического и политического развития общества.

Собственность есть кража аргументы

ЧТО ТАКОЕ СОБСТВЕННОСТЬ?
или ИССЛЕДОВАНИЕ О ПРИНЦИПЕ ПРАВА И ВЛАСТИ

Печатается по тексту издания: П. Ж. Прудон. Что такое собственность? или Исследование о принципе права и власти. Перевод Е. и И. Леонтьевых. Издание Е. и И. Леонтьевых. Спб., 1907.

Знаменитый афоризм Прудона: «Собственность есть кража» � не является абсолютно новым и оригинальным. Например, в средние века мысль Прудона была высказана Гейстербахом в его гомилиях: «Всякий богатый есть вор или наследник вора»*. О собственности как о краже говорил деятель французской буржуазной революции Жан Пьер Бриссо в работе, опубликованной в 1782 году.

Смотрите так же:  Наказание за отсутствие осаго

* Булгаков Сергей. Два града. Спб., 1997. С. 103.

Правда, справедливости ради следует отметить, что сам Прудон сопроводил свой афоризм рядом оговорок, лишив его тем самым той остроты, которой он обладает при внеконтекстуальном прочтении. Оказывается, что, по Прудону, лишь крупная собственность есть кража, собственность же в умеренном � «разумном» � размере не только полезна и оправданна, но и необходима. Истребление крупной частной собственности предпринимается Прудоном с целью установления всеобщей справедливости, которая, в свою очередь, достижима только на основе всеобщего равенства. Не «свобода, равенство, братство», как гласит знаменитый лозунг Французской революции, а именно � «равенство, братство свобода». Свобода, понимаемая Прудоном как отсутствие государственности, или анархия, возникает в результате ликвидации имущественного неравенства (источника и причины всех остальных видов неравенства). Достигнуть этот идеал можно лишь путем разрушения государства и превращения его в экономическую структуру, обеспечивающую всем членам общества равное право на труд и равную долю общественного продукта. По мнению Прудона, современное государство сознательно поддерживает, оберегает и культивирует неравенство, то есть, проще говоря, защищает «воров или наследников воров» от тех, кого они обворовали. Долой такое государство! А поскольку всякое государство именно таково, то долой и государство вообще.

За сто с лишним лет, прошедших со дня смерти Прудона, наука, в том числе и социально-экономическая наука, продвинулась далеко вперед, поэтому в поисках «рецептов» и аналогий целесообразнее обращаться к трудам других, более современных нам мыслителей. Для нас актуальность Прудона заключается в ином. В свое время он оказал достаточно сильное влияние на целый ряд крупных русских мыслителей, начиная с Герцена и кончая Кропоткиным. Анархические идеи, в том числе и Прудона, были популярны в России в первые десятилетия XX в. Глубокие корни в России пустила и идея прогресса, сторонником которой был среди прочих и Прудон. Многие педагогические идеи Прудона усвоил Л. Н. Толстой и пытался претворить их в жизнь на практике в своей яснополянской школе. Поэтому знакомство с сочинениями Прудона необходимо и тем, кто занимается историей русской мысли.

В советское время Прудона практически не издавали. Лишь в 1919 г., видимо стараниями русских анархистов, была второй и последний раз издана его книга «Что такое собственность?». Поэтому все, что знает современный русский читатель о Прудоне, ограничено исключительно «Нищетой философии» К. Маркса.

Пытаясь осмыслить свое далекое и недавнее прошлое, мы вынуждены обращаться к сочинениям мыслителей того времени. Прудон был наследником идей Великой французской революции во всем их величии и со всеми их заблуждениями. Идеи Прудона, конечно, во многом устарели, но не устарели и не могут устареть идеалы, его вдохновлявшие. Конечно, сегодня мы иначе, чем Прудон, понимаем свободу, равенство, братство, справедливость, мир, любовь , но других положительных социальных идеалов у человечества все равно нет. Стремясь к их воплощению, человечество совершало массу ошибок, а иногда и преступлений. Чтобы избежать первых и не соблазниться вторыми, нужно знать их историю. Пожалуй, именно в этом кроется актуальность для нас Прудона.

[1] Исследование грамматических категорий (фр.).

[2] Значение празднования воскресенья (фр.).

[3] Франш-Конте (букв.: «свободное графство») � историческая область на востоке Франции, входившая с XIV в. в состав Бургундии; с конца XVII в. � в составе Франции. Столица Франш-Конте � г. Безансон, родина Прудона, В. Гюго, Ш. Фурье.

[4] Имеется в виду книга Ж. Ж. Руссо «Эмиль, или О воспитании» (1762), в которой доказывается, что современные системы воспитания основаны на насилии над личностью ребенка.

[5] Мемуар о собственности (фр.).

[6] По отношению к гостю право заявлять притязания имеет вечную силу (лат.). О толковании этого закона см.: Цицерон. Об обязанностях. I, XII.

«Законы двенадцати таблиц» � свод законов Древнего Рима, созданный коллегией децемвиров в 450�451 гг. до н. э., записанный на двенадцати досках, выставленных на площади.

[7] Зенит � точка небесной сферы, расположенная над головой наблюдателя; надир -� точка небесной сферы, противоположная зениту.

[8] Букв.: ничто древнее не должно быть изменено (лат.).

[9] Цитируется (не вполне точно) изданная накануне Французской революции 1789 г. и сразу завоевавшая популярность брошюра аббата Сиейеса «Что такое третье сословие?».

[10] Имеется в виду попытка Луи Наполеона (в будущем императора Наполеона III), считавшего себя законным наследником французского престола, поднять в 1836 г. в Страсбурге мятеж и захватить власть во Франции. Вторую такую попытку он предпринял в 1840 г. в Булони, после чего был приговорен французским правительством к пожизненному заключению в крепости Гам, откуда ему в 1846 г. удалось бежать в Англию.

[11] Т. е. Ж. Ж. Руссо и его трактат «Об общественном договоре».

[12] Это знаменитое изречение приписывают иногда и английской королеве Елизавете I, но в обоих случаях � без документальных оснований (см.: Бабкин А. М.. Шендецов В. В. Словарь иноязычных выражений и слов, употребляющихся в русском языке без перевода. В 3 кн. Спб., 1994. Кн. 2. С. 793-794).

[13] Наступает равенство (лат.).

[14] Комментарии к гражданскому праву (фр.).

[15] Т. е. понижения размера ренты или удлинения сроков ее выплаты (от лат. conversio � изменение, превращение).

[16] Эпизод из истории Столетней войны (1347 г.); в 1895 г. в честь этого события в Кале был установлен бронзовый памятник работы О. Родена «Граждане Кале».

[17] Ин. 11, 50; цитируется неточно.

[18] Непременное условие; букв.: «условие, без которого нет» (лат.).

[19] Трактат о праве узуфрукта (фр.). Узуфрукт � право пожизненного пользования чужой вещью и доходами с нее с условием сохранения ее целостности и хозяйственного назначения.

[20] Каждому свое по его заслугам (лат.) � формула, встречающаяся у Цицерона в трактате «Об обязанностях» (I, V, 15) и в «Тускуланских беседах» (V, 22).

[21] В трактате «Об обязанностях» Цицерон писал: «. частной собственности не бывает от природы. Она возникает либо на основании давнишней оккупации, например, если люди некогда пришли на свободные земли, либо в силу победы, например, если землей завладели посредством войны, либо на основании закона, соглашения, условия, жребия. Ввиду этого, � так как частная собственность каждого из нас образуется из того, что от природы было общим, � пусть каждый владеет тем, что ему досталось; если кто-нибудь другой посягнет на что-нибудь из этого, он нарушит права человеческого общества» (Цицерон. О старости. О дружбе. Об обязанностях. М., 1993. С. 63).

[22] Всякое определение в праве опасно: оно почти всегда ведет к уничтожению (лат.).

[23] Букв.: происхождение от Юпитера (лат.).

[24] О том, что море не принадлежит никому (лат.).

[25] Запрещается пользоваться землей, водой, воздухом и огнем (лат.).

[26] Царю принадлежит власть надо всеми, а отдельному индивиду � частная собственность. Царю принадлежит верховная власть, индивиду � право собственности (лат.).

[27] Здесь единственное прибежище среди житейских бурь, в котором человеческая душа находит успокоение от бесконечных треволнений (лат.).

[28] Приобретение в собственность по праву давности (лат.).

[30] С полным правом (лат.).

[31] Ростовщичество разъедает все (лит.).

[32] Эпизод, рассказанный в 7-й книге «Истории» Геродота (Прудон передает не вполне точно). См.: Геродот. История в девяти книгах. М., 1993. С. 325.

[33] Ср. с вольным переводом И. А. Крылова:

Вот эта часть моя
По договору;
Вот эта мне, как Льву, принадлежит без спору;
Вот эта мне за то, что всех сильнее я;
А к этой чуть из вас лишь лапу кто протянет,
Тот с места жив не встанет.

(Крылов И. А. Соч. М� 1969, Т. 2. С. 89: «Лев на ловле».)

[34] Так вы (трудитесь), но не для себя (лат.) � выражение Вергилия.

[35] Ср.: «Нищие всегда будут среди земли твоей» (Втор. 15, 11).

[36] Онанизм и мастурбацию следует различать: онанизмом занимаются только мужчины, а мастурбацией � и мужчины и женщины (лат.).

[37] Определение человека, которое Аристотель формулирует в «Никомаховой этике» и «Политике». См.: Аристотель. Соч.: В 4 т. М., 1983. Т. 4. С. 63,259,379.

[38] «Гражданское справедливое, � по определению Аристотеля, � состоит. в равенстве и подобии» (Там же. С. 327).

[39] Справедливость � это равенство, несправедливость � неравенство (лат.).

[40] Илоты � государственные рабы в Спарте.

[41] Иезуитское государство в Парагвае существовало с 1610 по 1768 г.

[42] См.: Паскаль Блез. Письма к провинциалу. Спб., 1898. С. 110 (Письмо восьмое).

[43] См.: Платон. Собр. соч.: В 4 т. М� 1990. Т. 1. С. 523. «По-моему, � говорит здесь Калликл, � законы как раз и устанавливают слабосильные, а их большинство. Ради себя и собственной выгоды устанавливают они законы. стараясь запугать более сильных. Сами же они по своей ничтожности охотно, я думаю, довольствовались бы долею, равною для всех».

Смотрите так же:  Мчс приказ 242

[44] Со ссылкой на Аппиана (События в Ливии, Г6) об этом эпизоде рассказывает Дж. Вико в «Основаниях новой науки об общей природе наций» (М.; Киев, 1994. С. 397�398).

БЕДНОСТЬ КАК ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПРИНЦИП

Печатается по тексту издания: Прудон. Бедность как экономический принцип. Издание «Посредника», № 703. М., 1908. Переводчик не указан.

[2] Слова Молитвы Господней («Отче наш»): Мф. 6, 11.

[3] Лаццарони (букв.: нищие, босяки) � деклассированные люмпен-пролетарские элементы в Южной Италии. В XVIII�XIX вв. этот термин стал применяться ко всей массе беднейшего населения Италии и ряда других стран.

[4] Маммона (арам. «богатство») � в Новом Завете обозначение осуждаемой демонической власти собственности (Лк. 16, 9, 11, 13; Мф. 6, 24).

[5] Полента � латинское название ячной крупы.

[6] Букв.: «цивильный лист» (фр.) � статья государственных расходов на содержание главы государства.

[7] Эрисихтон, сын фессалийского царя Триопа, вырубил священную рощу Деметры, за что богиня наказала его чувством неутолимого голода. Миф об Эрисихтоне Овидий рассказывает в VIII книге «Метаморфоз» (738�878).

ПОРНОКРАТИЯ,
или ЖЕНЩИНЫ В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ

Печатается по тексту издания: Порнократия, или Женщины в настоящее время. Посмертное сочинение Прудона. Издание Н. А. Путяты. М., 1876.

Для настоящего издания текст перевода приведен в соответствие с современными нормами русского языка. В предисловии к первому изданию книги Прудона на русском языке об истории создания этого произведения сказано следующее: тысяча восемьсот пятьдесят восьмой год был знаменательным годом в жизни Прудона. Знаменитый публицист достиг, если можно так выразиться, своего апогея изданием книги «о справедливости». В ней мысль его обняла все главные проявления политической, умственной и нравственной жизни человека. Автор высказал в ней глубокую эрудицию, беспощадную логику и обычную увлекательность слога.

Успех книги был значителен. Более всего подействовала она на императорское правительство, которое распорядилось по-своему.

Прудон был вызван в суд и приговорен к трехлетнему тюремному заключению и к 4000-франковому штрафу. Вместе с ним были осуждены также его издатели Гарнье, типографы Курдье и Кри.

Прудон, не раз уже подвергавшийся подобного рода наказаниям, предпочел в данном случае изгнание и убежал в Бельгию.

Книга о справедливости заключает в себе, между прочим, обширный социологический этюд о женщине. В нем определялись роль женщины в современном обществе, ее значение в истории развития человечества и принадлежащие ей права, основанные на ее организации в потребностях. Мужчина, говорит Прудон, относится к женщине, как 3:2. Неравенство, существующее между ними, неизбежно .

Весьма понятно, что формула знаменитого публициста сильно не понравилась целой половине читающей публики. Появилось множество опровержений. Со всех сторон посыпались журнальные статьи, брошюры, даже целые книги, авторы которых сочли себя оскорбленными за попранные права их пола. Все они отсылались к Прудону; он прочитывал их и складывал в специально приготовленное для этого место.

Первое место среди женщин-полемисток заняли M-me J. d’H., J. L.*, последняя, одаренная чрезвычайно возвышенным умом и оригинальной манерой выражения своих мыслей, предприняла против Прудона целый поход, план и выполнение которого были чрезвычайно удачны. Первая же отличилась только своей плодовитостью.

* Jenny d’Hericourt и Julliete Lambert.

Прудон, жизнь которого была непрерывным рядом битв, хотел опять взяться за оружие. Он собирал материалы и готовил свои боевые доспехи. Имея обыкновение одновременно писать несколько сочинений, он посвящал большую часть своего времени самому актуальному; свободные же минуты посвящались им обдумыванию своих будущих трудов. Мысль его находилась в постоянном брожении; но так как память одного человека не в состоянии удержать столько положений и аргументов, то Прудон записывал обдуманное на клочках бумаги и прятал их в свой портфель.

Когда наступало время приводить их в порядок, Прудон перечитывал и соединял разбросанные мысли и факты с быстротой, о которой имели понятие только близко знакомые ему люди.

Под конец своей жизни ему вздумалось напечатать ответ на нападки, сделанные против его доктрины M-me J. d’H., J. L. Сочинение должно было носить заглавие порнократии.

Храбро взялся он за дело. Мысль все еще деятельно работала в нем, но тело уже начало уступать приступам болезни, унесшей его со временем в могилу.

Прудон успел написать только треть книги; остальные две трети существуют в набросках, имеющих вид афоризмов, не лишенных, впрочем, глубокого интереса. Способ изложения их напоминает собою мысли или же эпиграмматическую поэзию Гете. Может быть, при внимательном изучении можно было бы найти даже много точек соприкосновения между теориями философа-публициста и религиозными и социальными идеями веймарского поэта.

В числе прочих у Гете есть афоризм с весьма странным заглавием � «Катехизис». Мы приведем подстрочный перевод его.

Учитель. Подумай, дитя мое: откуда все эти богатства? Ведь ты не мог приобрести их сам.

Дитя. Я все получил от папа’!

Учитель. Откуда он получил их?

Дитя. От дедушки.

Учитель. А дедушка от кого получил их?

Дитя. Он взял их!

Можно предположить, что если б эта эпиграмма попалась на глаза Прудону, то он непременно взял бы ее эпиграфом к первым своим этюдам о собственности.

В первом издании книги «Порнократия, или Женщины в настоящее время» в качестве приложения помещен отрывок из книги Ш. О. Сент-Бёва «П. Ж. Прудон, его жизнь и переписка» и реферат статьи французского журналиста С.-Р. Тайлландье «Прудон и Карл Грюн». Эти материалы помещены и в настоящем издании.

«Собственность — есть кража» П.Ж Прудон (ЕГЭ обществознание)

Собственность — общественная форма присвоения материальных и духовных благ. Но как же появилась собственность? От куда идут ее истоки? И автор в своем высказывании говорит о том, что собственность — результат насильственного присвоения достояния всех, либо отдельных конкретных производителей, немногими, то есть по мнению Прудона собственность появилась в результате совершения преступления.

Я частично согласна с мнением автора. В само слово собственность произошло от слова «собити», что значит присваивать. Ведь именно собственность является одним из критерием социальной стратификации. Напомню, социальная стратификация- это разделение общества на группы, занимающие разное социальное положение. Именно появления собственности явилось одной из причин появления неравенства.

То есть именно собственность украла равенство среди людей!

Например, получение собственности очень часто происходило и происходит путем насильственного присвоения. Например, в документальном фильме «История, не рассказанная Америке» показано то, как «будущие американцы» получали собственность путем вооруженной силы и насилия по отношению к местному населению, индейцам. Ради получения земли «люди» убивали людей.

Однако утверждение Прудона слишком категорично. Ведь изначально люди имели равные ресурсы и возможности. И появление собственности — это вина не конкретных людей, а всего человечества. Например, если мы вспомним историю Киевской Руси, то мы можем заметить, что изначально люди имели одинаковые земли, но не умении правильно использовать имеющиеся ресурсы, как материальные и умственные, что привело к тому, что появились такие категории населения, как закупы и рядовичи.

Закуп — смерды, взявшие у другого землевладельца ссуду скотом, орудиями труда и т.п. и обязанные отработать этот долг. А рядовичи — смерды, заключившие с землевладельцем договор об условиях своей работы на него.

Также высказывание «Собственность — это кража» не совсем актуальная в наше время. Так как сегодня собственность является одним из видов социальных лифтов. Социальный лифт — пути, по которым происходит вертикальная социальная мобильность. Напомню, социальная мобильность — это изменение индивидом или группой своей позиции в социальном пространстве. Например, известный миллионер из Чебоксар Петр Осипов добился успеха благодаря тому, что он эффективно сумел использовать, имеющуюся у него собственность и организовать собственный бизнес.

Таким образом, невозможно однозначно ответить на вопрос, что такое собственность, кража или нет? С одной стороны собственность — это действие алчных и корыстных людей. Но, с другой стороны, это вина других более слабых людей. Также не стоит забывать, что благодаря наличию собственности люди могут продвигаться по социальной лестнице.