Взятки в наше время

Взятки в наше время

Каждый год в мире тратится $1 трлн на взятки. Об этом говорится в сообщении Организации объединенных наций (ООН), опубликованном в честь Международного дня борьбы с коррупцией, который праздновался накануне в субботу, 9 декабря.

В результате коррупции государства недополучают $2,6 трлн, сумму, эквивалентную 5% мирового ВВП. Согласно данным Программы развития ООН, в развивающихся странах связанные с коррупцией потери превосходят объемы официальной помощи на цели развития в 10 раз.

«В ООН напоминают, что взяточничество — это серьезное преступление, которое подрывает социально-экономическое развитие любого общества. Ни одна страна, ни один регион не застрахован от коррупции», — говорится в сообщении международной организации.

«Эти цифры ошеломляют, но еще больше удивляет то, что лежит за этими финансовыми махинациями — мир страшной нищеты и неравенства, усугубляющийся искажениями в распределении доходов и решениях о государственных расходах, на которые влияет коррупция», — отметил ​глава департамента управления по поддержке миростроительства ПРООН Патрик Кеулерс.

Он упомянул расследования панамских и райских архивов и подчеркнул, что эти материалы журналистов показали масштаб всех скрытых мировых богатств, которые скрываются в офшорах. Он также ссылается на данные аналитиков Oxfam International, которые подсчитали, что африканские государства ежегодно теряют порядка $14 млрд из-за уклонения от налогов. Кеулерс указывает, что эти деньги могли бы пойти на здравоохранение, чтобы спасти жизни 4 млн детей, или на образование, для того чтобы каждый ребенок в африканских странах мог учиться в школе.

Барометр глобальной коррупции 2017 года в Азиатско-Тихоокеанском регионе, который в ноябре выпустила Transparency International, показывает, что 38% людей, живущих за чертой бедности, вынуждены платить взятки за доступ к госуслугам. Также авторы исследования пришли к выводу, что высокие уровни взяток связаны с низким уровнем грамотности среди молодежи.

Как побороть коррупцию?

Сегодня коррупция – это абсолютно привычное дело. Практически во всех учреждениях вопросы решаются намного быстрее, если вы предложите денежное вознаграждение за оказанную вам услугу. Стоит сказать, что взятки с нас вымогают не всегда. Мы сами с удовольствием предлагаем плату за помощь. Забавно, но в нашем обществе коррупция – это нормальное явление, и для большинства людей ещё и очень полезное. Например, вы даёте взятку, и все ваши вопросы решаются в несколько раз быстрее. Те, кому их дают, получают неплохие суммы и тратят их на свои нужды. Люди привыкли к тому, что без денег они не смогут решить ни один вопрос и даже без задней мысли дают взятки.

Методов по борьбе с коррупцией существует огромное количество, однако главное – не количество, а качество. Если относится к этому несерьёзно, то коррупция никогда не исчезнет.

Прежде всего, нужно ужесточить контроль и не допускать того, чтобы граждане могли давать взятки. Если бы в каждом учреждении были камеры, то народ попросту боялся бы давать денежные вознаграждения, потому что это незаконное деяние было бы записано на плёнку. Это помжет отбить желание брать взятки у всех, кто делал это раньше.

Существует ещё один метод, который мог бы помочь в борьбе с коррупцией – повышение зарплат для обеспечения нормального уровня жизни всего населения. Желание брать взятки чаще всего появляется из-за того, что многим просто не хватает на жизнь. Повышение зарплат помогло бы избавить от коррупции не только госслужащих в нижних эшелонах, но и чиновников.

Коррупцию также можно устранить так: каждый гражданин сообщает о факте вымогательства в правоохранительные органы.

Главная проблема заключается в том, что те органы, которые должны бороться с коррупцией и контролировать исполнение соответствующих законов, сами берут взятки. Тогда как народ может перестать нарушать закон, если власть совершает противозаконные деяния?

Чтобы должным образом бороться с коррупцией, необходимо начать с себя! Прекратите брать и давать взятки, и тогда предотвратить несоблюдение закона будет намного проще.

Борьба с коррупцией – достаточно сложный процесс, который требует огромного количества усилий и много времени. Для того чтобы граждане перестали брать и давать взятки, необходимо относиться к данной проблеме с должной серьёзностью и внедрить в жизнь все методы по борьбе с коррупцией. Если упустить хотя бы один из вышеперечисленных пунктов, то этот механизм никогда не заработает, а коррупция будет существовать дальше.

Взятки в России или как это исправить

Сегодня мы поговорим о главной проблеме России — взятках. Почему взятки в России имеют такой массовый характер и как с этим бороться.

История началась с того, что одна моя знакомая, работающая с недавних пор в госструктурах, и ещё не успевшая в конец возненавидеть приходящих к ней с разными просьбами людей, рассказала мне о том, как намедни от одной клиентки получила поощрительную сумму денег.

Со слов приятельницы дело обстояло так. К ней пришла женщина в порядке обычной очереди, с обычным каким-то делом, которое подруга выполнила в указанный срок, без промедления и волокиты. После этого довольная клиентка пришла на приём еще раз, но уже не с просьбой, а с деньгами. Клиентке на сей раз было ничего не надо, просто она как оказалось, находилась в положительном шоке от того, что «госструктуры» работают столь оперативно, когда лично ей это так нужно. Поэтому посетительница решила отблагодарить мою подругу, так как именно в её лице получила возможность сотрудничать с «государством».

Конечно, потом приятельница мне долго еще рассказывала, что вначале отказывалась от денег, не понимая вообще – за что они, но женщина-клиентка была в возрасте, и возможно, именно это повлияло на юную работницу и убедило в том, что деньги всё-таки надо взять.

Скажу честно, я подруге на это ответила – «Добро пожаловать в коррумпированную систему!». На что та стала меня убеждать, что это была не взятка вовсе, а просто благодарность, выраженная не в словах, а в денежном эквиваленте. Якобы, кто как может – так и выражает.

Тогда то я и полезла в различные источники, читать о том, что же подразумевает под собой взятка и, собственно, коррупция в России. И то, что я узнала ничуть меня не обрадовало.

«Взятка —принимаемая должностным лицом имущественная выгода за выполнение или невыполнение действий в интересах давшего взятку.» (по материалам Википедии)

Что касается слова коррупция, так оно и вовсе имеет корень, говорящий о многом, в переводе с латинского «corrumpere», «corruptio» означает – растлевать, подкупать, портить.

Борьба с коррупцией и взяточничеством в нашей стране началась очень давно, её истоки зафиксированы ещё со времен существования Древней Руси. Вплоть до 18 века государственные чины существовали благодаря тому, что брали взятки. Правда, ещё при царе Иване Третьем в законе прописали запрет на сбор взяток судьями, неисполнение обязательства каралось наказанием. Однако «поборы» со стороны чинов так и не прекратились.

Уже с 1715 года принятие взятки считалось – преступлением на государственном уровне. Но у нас в стране, как обычно, чем в дальше в лес – тем страшнее партизаны. То есть кем бы не принимались законы против взяточничества, будь то Петр Первый или Александр Первый, или Николай Первый — коррупция лишь разрасталась, собственно, как и сам чиновничий аппарат.

Забавен тот факт, что при Екатерине Первой брать взятки чиновникам разрешили официально, так как в казне империи на тот момент было совсем мало денег. Но, пожалуй, самым искренним и адекватным замечанием, прозвучавшим чуть ранее, чем Екатерина взошла на престол, еще в адрес императора Петра Первого, возжелавшего перевешать всех, кто засунет свой «нос» в царскую казну, были слова генерал-прокурора Ягужинского:

«Неужели вы хотите статься императором без служителей и подданных? Мы все воруем – с тем только различием, что один больше и приметнее, чем другой.» (по материалам Википедии)

Именно в этих словах, как мне кажется, и состоит вся суть темы коррупции в России. Если смотреть без «розовых очков» на ситуацию, то следует признать, что взятки в нашей стране – дело обыденное, непреодолимое и даже достойное того, чтобы признать этот порок частью менталитета нашего человека.

Думаю, не стоит на этом месте добрым словом вспоминать даже СССР. Как выясняется, в те времена нашим гражданам «замыливали» глаза столь успешно, что они до сих пор свято верят, что коррупция в странах с социалистическим строем – дело невозможное. Всё бы ничего, если б не обнародованные статистические данные. В период с 1950 по 1986 годы взяточничество в Союзе выросло в 25 раз!

Но что нам до Советского Союза, когда и эту псевдо идеальную картинку в нашей стране попытались уничтожить за один день, построив капиталистическое общество. Строим до сих пор, надо сказать.

Так вот, ушли от царской империи к социализму – коррупция выросла в двадцать пять раз, ушли от социализма к капитализму – коррупция приобрела и вовсе немыслимые масштабы. Уже в 1999 году Россия входила в первую десятку самых коррумпированных государств мира. В «ельцинской» России коррупция перемежалась еще и с повсеместным бандитизмом. При властвовании Путина схема более менее выровнялась, исключив практически всех бандитов, но сохранив разросшийся и всё ещё до мозга костей поражённый склонностью к казнокрадству чиновничий аппарат.

Правда, если вы успели заметить, всё чаще в прессе стали проскакивать довольно громкие дела по выявлению взяточничества среди высокопоставленных чинов, так, в начале текущего года должностных обязанностей и привилегий в России были лишены почти 800 лиц, занимающих ранее высокие посты в госструктурах, в том числе и руководители некоторых регионов.

Конечно, правительство пытается бороться с коррупцией, ужесточает относительно этого фактора закон, проворачивает масштабные операции по разоблачению любителей лёгких, еще и бюджетных денег. Однако, сама страна, в которой испокон веков была и процветала коррупция, кажется уже свыклась с этим пороком системы, народ и сам продолжает порождать коррупцию, спасая свои неправильно припаркованные машины тысячами рублей от «эвакуаторов», проплачивая вступительные экзамены своего чада в Вуз, подкупая молодых сотрудников соседних компаний в погоне за секретной информацией о конкурентах, проталкивая товары или услуги на рынок и так далее.

Согласитесь, что мы привыкли и точно знаем, что решать вопросы любого характера — можно с помощью «кошелька». Даже те люди, которые являются ярыми борцами с коррупцией, что кстати, стало сегодня очень модным движением, не могут похвастаться своей безупречной репутацией. Вспомните хотя бы то, что пишут про Алексея Навального и какого характера на него заведены.

Правда и в процессе воздаяния взяток, порой возникают казусы. Недавно, еще одна моя подруга сетовала на то, что не может получить водительские права в том регионе где обучалась, так как прописана в другом регионе страны. На что наш общий знакомый сказал: «Не проще ли тебе взять и купить права, дать кому-то денег, чтоб быстрее решить вопрос?» Тогда моя приятельница задумалась. Казалось бы, решение проблемы не за горами, но кому платить? Как найти того, кто возьмет взятку? Это, как выяснилось, тоже дело нелёгкое. Хотя, возможно, проблема ещё и в «непрофессионализме» относительно умения давать взятки.

Конечно, брать взятки, потакать коррумпированной системе, заметно раздобревшим на народных «дрожжах» чиновникам, полицейским, таможенникам, врачам, учителям и прочим самым «берущим» людям нашей страны дело неблагодарное. Кроме этого, за уличение во взятках можно получить не только денежный штраф, в зависимости от суммы полученного, но и угодить за решетку, и если это особо крупный размер – более миллиона рублей, то наказание может составить до 15 лет заключения.

Да и вообще, сами подумайте, как можно смотреть в счастливые глаза родному ребенку, который думает, что благодаря своим знаниям поступил в университет и гордится на самом деле посредственными способностями, за приукрашивание которых вы «откатили»?

Понятно, что наша ключевая задача — спасти ближнего своего, а деньги, как говорится, не пахнут. Но если, скажем, у вас остались совесть, честь и достоинство? Если вы даже в наше время — отважный, честный и добропорядочный «тамплиер»? Что же делать?

Брать или не брать – вот в чем вопрос.

На сегодня Россия, согласно мировому рейтингу, занимает 133 строчку в «хит-параде» коррумпированных государств. Могу смело заверить, мы ютимся где-то в затхлом оазисе вместе с Украиной и рядом беднейших стран Африканского континента, также напрочь погрязших во взяточничестве. И данный факт, честно говоря, вообще не вдохновляет.

Что интересно, так это посмотреть на опросы проводимые не так давно Фондом Общественного Мнения в России, которые показали, что 82% россиян никогда не давали взяток, однако тут же 84% граждан, отвечающих на вопрос об уровне взяточничества в стране сказали, что он очень высок. Спрашивается, как могли люди, которые никогда не давали взяток определить уровень коррупции как очень высокий, опираясь на какие факты?

Как видите, ждать честности и откровений от народа, возросшего в системе поражённой подкупничеством – не приходится. К тому же, половина россиян убеждены в том, что победить коррупцию в стране невозможно, соответственно, это та половина, которая смирилась с существующей ситуацией, и скорее всего – берёт или даёт взятки.

Надо сказать, что по информации предоставленной МВД России, в среднем размер взятки сейчас составляет 69 тысяч рублей. За такую сумму уличённый взяточник может лишиться свободы до 6 лет, тот же человек, который передает сумму – отдать до трех лет своей жизни местам не столь отдаленным. Да, стоит иметь ввиду, что сегодняшний закон РФ о коррупции включает наказания как для взяточников, так и для взяткодателей, и даже для посредников.

Но несмотря на все эти некрасочные перспективы, кажется, люди в нашей стране и правда живут по принципу: «Волков бояться — в лес не ходитьВзятки брали, берут и будут брать. Можно именовать полученные незаконно вознаграждения как угодно – компенсация за время, подарок за труд, поощрение в работе, так или иначе, одним словом, это всегда будет называться – подкуп.

Возвращаясь к той истории, с которой я начинала, хочется немного пояснить ситуацию. Подруга, (что получила первое в своей жизни «левое» вознаграждение от клиентки, привыкшей давать откаты) работая в госструктуре получает зарплату 12 тысяч рублей в месяц. У неё двое маленьких детей, есть муж, работающий таксистом, а также кое как «отвоёванная» квартира в ипотеку и машина в кредит – рабочее место мужа. Так вот. При таком раскладе, я диву даюсь, как эти люди выживают и уже даже не удивляюсь, что такие люди становятся взяточниками. Можно, конечно, осуждать их сколь угодно долго, но давайте, на минуточку, представим себя на месте той молодой мамы.

Скажем, приходит к вам на работу человек и говорит: «Возьмите денег, я знаю, что вы мало получаете, вы просто возьмите за свою работу – по заслугам.» И даёт вам, допустим, 20 тысяч рублей, за то, что вы его бумажку вовремя подписали в нужной инстанции.

О чём вы в такой ситуации будете думать? О том, что надо бы срочно позвонить в полицию и сообщить о «странном» клиенте? Или о том, что вам за взятку грозит до трех лет тюрьмы? Или, может быть, о том, что, наконец-то, купите стиральную машинку, микроволновку в дом и сводите своих детей в парк аттракционов на оставшиеся деньги?

Вот правда, как бы вы поступили в такой ситуации? При зарплате то в 12 тысяч рублей один раз в месяц?

Сделано в России: 10 громких дел о коррупции уходящего года

Ровно десять лет назад, в декабре 2005 года, вступила в силу Конвенция ООН против коррупции, а 9 декабря было названо Международным днем борьбы с этим преступлением. По данным Следственного комитета, из-за коррупции Россия ежегодно теряет до 40 миллиардов рублей. Какими громкими делами запомнился уходящий год, и какие мы вспомним в новом — в нашей подборке.

Смотрите так же:  Платится ли налог при продаже квартиры и покупки новой

Евгения Васильева

Опальная экс-чиновница Минобороны Евгения Васильева, которая «ввела в заблуждение» бывшего главу оборонного ведомства Анатолия Сердюкова, нанесла ущерб государству в размере почти 650 миллионов рублей. К фигурантке дела «Оборонсервиса» в 2015 году было приковано особое внимание. Из обычной подсудимой она превратилась в любимицу СМИ и медийную персону — выпускала клипы, находясь под домашним арестом, делилась стихотворениями о любви, рисовала картины на политические темы и немало времени уделяла развитию своих профилей в соцсетях. 8 мая 2015 года главная подозреваемая в громком скандале с продажей военного имущества получила пять лет колонии, однако уже 25 августа арестантка покинула пенитенциарное учреждение по УДО с учетом времени, проведенного под домашним арестом. История вряд ли подошла к концу. Васильева проверяется на причастность к другим преступлениям по делу «Оборонсервиса», а в это время все конфискованное у нее имущество — квартиры, счета и драгоценности — не могут быть ей возращены.

Леонид Меламед

Найдет свое продолжение в 2016 году и история с хищением средств в «Роснано». Главный подозреваемый по этому делу — Леонид Меламед — находится под домашним арестом. Ранее за него поручились Анатолий Чубайс и Александр Лебедев, но тщетно. Как полагают следователи, Меламед организовал незаконное перечисление 220 миллионов рублей из бюджета «Роснано» на счет подконтрольной ему компании «Алемар», чтобы обеспечить себя «золотым парашютом» после увольнения с поста главы госкорпорации. По делу также проходят бывшие топ-менеджеры Андрей Малышев и Святослав Понуров. Все трое фигурантов уголовного дела не признают своей вины. И в этом уверены не только они сами — Чубайс заявил, что действия бывших сотрудников «Роснано», в том числе заключенная сделка с «Алемаром», были законными и не нанесли ущерб организации.

Космодром «Восточный»

Строительство российского космодрома еще не завершилось, а деньги, выделенные на него из госбюджета, уже «расхищены» и «осели», как уверяют следователи, в российских регионах. Совокупный ущерб оценен почти в 5,5 миллиардов рублей. В настоящий момент продолжается расследование порядка 20 уголовных дел, связанных с преступными действиями на стройке «Восточного» — о хищениях, злоупотреблениях должностными полномочиями и даже задержками зарплат рабочим. В этих преступлениях обвиняются начальник «Дальспецстроя» Юрий Хризман, его сын Михаил, председатель законодательной думы Хабаровского края Виктор Чудов, глава компании «Стройиндустрия-С» Сергей Терентьев, а также генеральный директор «Тихоокеанской мостостроительной компании» Игорь Нестеренко. Согласно плану, строительство космодрома, который обеспечит независимость России от Казахстана с расположенным там «Байконуром», должно было завершиться в ноябре, а первый запуск с него хотели произвести 25 декабря. Отставание от графика констатировал посетивший в октябре стройку президент России Владимир Путин. Глава государства перенес пуск на 2016 год, добавив, что хорошо бы успеть ко Дню космонавтики.

Александр Хорошавин

4 марта стало известно о взятках при строительстве южно-сахалинской ТЭЦ-1. Следователи считают, что компания «Энергострой» выиграла конкурс на строительство четвертого энергоблока после того, как Николай Кран – владелец энергетической компании и председатель совета директоров «Тихоокеанского Внешторгбанка», поручившегося за «Энергострой» – дал взятку в размере 5,6 миллионов долларов губернатору Сахалинской области Александру Хорошавину. 25 марта обладатель ручки за 36 миллионов рублей был отстранен от занимаемой им должности. В апреле ЦБ отозвал лицензию у южно-сахалинской кредитной организации, которой управляет Кран, а СМИ пишут, что в деле может быть замешан полковник ФСБ. Помимо самого экс-губернатора, по делу проходят еще несколько сахалинских чиновников и предпринимателей.

Фонд «Сколково»

Уголовное дело о коррупции коснулось и фонда «Сколково». По делу о растрате заочно арестованы бывший вице-президент по развитию и коммерциализации Алексей Бельтюков и лишенный ранее депутатской неприкосновенности независимый парламентарий Илья Пономарев. Оба в настоящий момент проживают в США. Бельтюков, по данным СМИ, находится в Калифорнии и занимается там стартапами. Бывший топ-менеджер подозревается в выводе со счетов фонда «Сколково» 750 тысяч долларов, которые он заплатил Пономареву за цикл лекций и проведение научно-исследовательской работы. Следствие утверждает, что предоставленные Пономаревым отчеты и выступления научной ценности не представляют. В мае 2013 года Бельтюкова отстранили от работы в фонде, в начале 2015 года он выехал в США, в июне ему было предъявлено официальное обвинение в России. Пономарева еще в 2013 году обязали выплатить «Сколково» 2,7 миллионов рублей. Он обвиняется в соучастии в растрате и заочно арестован с середины июля 2015 года. 7 декабря стало известно, что депутат рассчитался по долгам с фондом, однако это не означает закрытия уголовного дела о растрате в организации.

Евгений Урлашов

В СИЗО до 4 марта 2016 года останутся отстраненный мэр Ярославля Евгений Урлашов, его заместитель Дмитрий Донсков и советник Алексей Лопатин, которые в 2012-2013 годах, по информации следствия, требовали с местных предпринимателей до 35 миллионов рублей. Урлашову вменяется покушение на получение взятки в особо крупном размере, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Ему грозит до 15 лет лишения свободы, а Донскову и Лопатину — до 12 лет заключения. Ни один из них своей вины не признает. Урлашов выиграл выборы мэра Ярославля весной 2012 года. Об уголовном деле против него было объявлено в июле 2013 года, тогда же он был отстранен от должности решением суда. В документе указывалось, что ему сохраняется заработная плата в размере пяти МРОТ, которая с июня 2013 года экс-мэру не выплачивалась. В декабре стало известно, что Урлашов собирается добиться выплаты задолженности по зарплате в размере 900 тысяч рублей.

Денис Сугробов

Новый год в изоляторе встретит и генерал Денис Сугробов, борьба с коррупцией для которого была основной задачей на службе. Бывший начальник ГУЭБиПК МВД в январе 2013 года создал преступное сообщество, в которое вошли его подчиненные. Фигурантами дела сотрудники главка стали в феврале 2014 года. В апреле СКР предъявил Сугробову обвинение в окончательной редакции. В нем насчитывается 21 эпизод преступной деятельности по трем статьям УК – «организация преступного сообщества», «превышение должностных полномочий» и «провокация взятки». Ключевой эпизод, который привел к раскрытию деятельности группировки, стала история о провокации взятки в отношении сотрудника ФСБ Игоря Демина. Выдавая себя за бизнесмена, один из гуэбовцев попросил взять его под покровительство за десять тысяч долларов в месяц. Демин не отказался, но после передачи денег провел задержание сотрудника главка. Затем последовали обыски в самом МВД, а позднее были арестованы и начальники ГУЭБиПК – заместитель Борис Колесников и сам Сугробов. Через несколько месяцев Колесников покончил с собой, выпрыгнув с балкона здания СК, где осуществлялся его допрос.

Вячеслав Гайзер

Уникальный по масштабам коррупционный скандал разгорелся в сентябре, когда против главы Коми Вячеслава Гайзера, его заместителя Алексея Чернова и еще 17 человек возбудили уголовное дело по статьям о мошенничестве и создании ОПГ. По данным следствия, Гайзер и Чернов возглавляли преступное сообщество, совершившее в 2006-2015 годах тяжкие преступления, направленные на завладение госимуществом. Члены ОПГ, уверены правоохранительные органы, занимались мошенничеством, хищением государственного имущества и выведением незаконно присвоенного в зарубежные офшоры. В результате республике был причинен ущерб на сумму около 1,1 миллиарда рублей. Дело Гайзера также может быть связано с делом мэра Сыктывкара Ивана Поздеева, которого обвиняют в злоупотреблении полномочиями и растрате.

Маткапитал

В создании другого преступного сообщества правоохранительные органы обвиняют экс-главу управления Пенсионного фонда России по Ингушетии и его сообщников. По информации следователей, с 2010 по 2012 год они незаконно оформляли госсертификаты на материнский капитал на сумму свыше 42,5 миллионов рублей. Соучастниками, скорее всего, являются медработники местной больницы, которые помогли использовать документы 116 женщин для составления подложных справок о рождении детей.

Юрий Ласточкин

Помимо Урлашова, Ярославская область «прославилась» благодаря бывшему мэру Рыбинска Юрию Ласточкину. 8 декабря областной суд оставил без изменений приговор судьи рыбинского горсуда, которая приговорила отстраненного градоначальника к 8,5 годам строго режима по делу о взятке. Наказание могло быть жестче — прокурор требовал 11 лет лишения свободы. Сам Ласточкин уверен, что его подставили. Он назвал свое преследование незаконным и заявил, что за две недели до ареста «один друг» сообщил ему о подготовке провокации взятки против него. Экс-мэра обвинили в том, что он требовал от уволенного директора МУП «Теплоэнерго» Владимира Иванова два миллиона рублей за восстановление в должности. Кроме этого, его признали виновным в растрате при продаже водоочистных сооружений НПО «Сатурн», директором которого он работал до избрания мэром.

Взятка-2016 в России: рост 75%

Обсуждают Максим Круглов, Владислав Наганов, Илья Шуманов

Средний размер взятки в России в 2016 году вырос на 75 процентов и составил 328 тысяч рублей. Об этом в интервью газете «Коммерсант» рассказал начальник Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России генерал Андрей Курносенко.

Ранее в МВД сообщали, что в 2015 году средняя взятка в России составляла 188 тысяч рублей.

Коррупционные схемы постоянно меняются, отметил Курносенко. Все чаще используются так называемый удаленный доступ, офшоры, аффилированные через третьих лиц фирмы, различные электронные платежные системы, взятки в виде услуг нематериального характера, сказал начальник Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России.

В начале марта Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального опубликовал расследование о дорогостоящей недвижимости премьера Дмитрия Медведева. Навальный обвинил главу правительства России в создании «многоуровневой коррупционной схемы», основанной на благотворительных фондах, которыми управляют доверенные лица премьера. Ни Медведев, ни его представители не прокомментировали эту информацию. В связи с этим Навальный призвал своих сторонников 26 марта провести протестные акции по всей России.

Россия по итогам 2016 года заняла 131-е место в Индексе восприятия коррупции, который составляет Transparency International. Всего в рейтинге указаны 176 стран.

Как коррупция влияет на развитие России – обсуждают Илья Шуманов, заместитель генерального директора «Трансперенси Интернешнл – Россия», Владислав Наганов, член Центрального совета Партии прогресса, депутат Совета депутатов городского округа Химки Московской области, ранее волонтер Фонда борьбы с коррупцией, Максим Круглов, эксперт Антикоррупционного центра партии ”Яблоко”.

Ведущий – Владимир Кара-Мурза-старший.

Владимир Кара-Мурза-старший: Сегодня в газете «КоммерсантЪ» генерал Андрей Курносенко заявил, что средний размер взятки в России вырос на 75 процентов и составил 330 тысяч рублей.

Вот об этом мы сегодня и поговорим с нашими гостями – Владиславом Нагановым и Ильей Шумановым.

Владислав, почему генерал оперирует такой цифрой?

Владислав Наганов: Скорее всего, он оперирует ею исходя из сумм, озвученных Генпрокуратурой, – ущерб от коррупции составил 44 миллиарда рублей, и это, в принципе, основывается на раскрытых уголовных делах. При этом он, я думаю, не учитывает скрытый объем коррупции. Ведь, по различным оценкам, которые публиковались еще лет пять назад, объем коррупции в России составлял 300 миллиардов долларов, то есть еще по тому курсу. Вряд ли сейчас ситуация улучшилась. Если бы эта сумма поддавалась вычислению, исходя из этих объемов коррупции, то я думаю, что средний объем взятки мог бы быть и больше.

Владимир Кара-Мурза-старший: Илья, по вашим данным, действительно ли вырос размер взятки на 75 процентов? Или, может быть, поправку на инфляцию надо давать: объем коррупции остался прежним, но рубль обесценился.

Илья Шуманов: Я бы не стал к этой цифре серьезно привязываться или серьезно ее обсуждать. Потому что это средняя температура по больнице, не более того. Тот объем взяток, который проходил по линии МВД, поделили на количество преступлений – и получилась некая сумма. В газете «КоммерсантЪ» господин Курносенко упоминает 19 тысяч преступлений коррупционной направленности, которые были совершены. То есть 19 тысяч преступлений было выявлено и расследовано сотрудниками МВД в прошлом году. А с учетом того, что средняя сумма взятки – 330 тысяч рублей, получается чуть больше 6 миллиардов рублей.

При этом, например, у господина Захарченко (коллеги господина Курносенко) дома обнаружили 8,5 миллиарда рублей. И тогда возникает вопрос: где господин Захарченко взял остальные 2 миллиарда рублей? То есть сумма, находящаяся у коллеги господина Курносенко дома, превышала сумму всей массы взяток, которые были даны в стране за прошлый год.

Понятно, что серьезной цифрой эти 330 тысяч рублей назвать невозможно. На мой взгляд, невозможно кидать в одну кучу преступления коррупционной направленности, связанные с учителем, с врачом или сотрудником ГИБДД на дороге, и условным министром федерального уровня или членом правительства регионального. Это «верхушечная» коррупция и бытовая коррупция. МВД все в кучу намешало в рамках своей статистики – и получилась такая цифра. Поэтому я очень скептически отношусь ко всем упоминаниям: выросла она на 75 процентов или упала. То есть если бы еще одного полковника Захарченко, условно, сотрудники МВД задержали, то сумма была бы не 330 тысяч рублей, а 660 тысяч рублей – выросла бы вдвое.

Владимир Кара-Мурза-старший: А может быть, милиция вынуждена делать поправку на результаты расследований Алексея Навального, который приоткрыл обществу штору в «мир прекрасного», где размер взятки растет каждый месяц?

Владислав Наганов: Я думаю, что если бы они хоть как-то оперировали этими цифрами, то их цифры были бы гораздо больше. Конечно, это очень оптимистично. Тем не менее, все видят, в том числе и полиция, что средний размер взяток, скорее всего, растет. Нет никаких оснований считать, что он снижается.

Владимир Кара-Мурза-старший: Следователи по особо важным делам Гдлян и Иванов в свое время расследовали «узбекское дело». Они демонстрировали 5-литровые банки, наполненные бриллиантами. По этому делу они провели и зятя Брежнева – Чурбанова, он восемь лет просидел. Так вот, они говорят, что тогда воровали меньше.

Илья Шуманов: Недавно я нашел фотографию Гдляна и Иванова, на которой они показывают то, что было ими изъято. Это какие-то несметные сокровища! И мне вспомнились так называемые «телеобыски», которые проводит Федеральная служба безопасности у господина Хорошавина, изымая у него бриллиантовую ручку, у господина Гайзера с его коллекций часов, и остальные обыски, где демонстрируется роскошь. Потом исчезает из уголовного дела господина Хорошавина ручка за 30 миллионов рублей, о которой говорил Маркин в пресс-релизе, ее нет в этом деле. Из «дела Гайзера» исчезают отдельные эпизоды. Следствие говорит, что была допущена ошибка при возбуждении уголовного дела. Но началось все, наверное, с расследования того дела Гдляном и Ивановым, когда все сходили с ума от такого богатства.

Владимир Кара-Мурза-старший: Многие депутаты сделали на этом карьеру. Например, депутат Макаров был адвокатом у Чурбанова. Что, при советской власти больше денег было, почему были такие богатства, которые люди незаметно могли себе присвоить?

Владислав Наганов: Мне кажется, тогда не было офшорных счетов, не было возможности выводить деньги через банковские счета, электронных платежей не было. Естественно, система накопления была основана на «натуральном» подходе.

Владимир Кара-Мурза-старший: А как вы считаете, откуда «растут ноги» у нынешней коррупции? Не из советских ли времен?

Илья Шуманов: Вполне из советских времен. Ведь у нас в стране коррупция фактически повальная. Это все не внезапно после развала СССР появилось. Оно и тогда было. Сначала, конечно, в гораздо меньших масштабах, когда при плановой системе были различные приписки, а в итоге все коррупционные моменты выливались в дефицит товаров, в том числе и продовольственных. Это же не просто так все было, конечно, за этим стояла коррупция, когда создавался искусственный дефицит.

Мы помним известное дело (возможно, оно конспирологическое) – «золото КПСС», «золото партии». А было ли это золото? Ходили слухи, что «золото партии» вывезли за границу.

Владимир Кара-Мурза-старший: В некоторых банках это был уставной капитал.

Илья Шуманов: И золота было, возможно, на сотни тонн.

Понятно, что за 17 лет, которые прошли с 2000 года, когда поднялась цена на нефть, могло быть произведено много накоплений подобного рода. Но, естественно, далеко не все перешли в золотой эквивалент. Конечно, легче перевести в офшоры, и там их хранить.

Владимир Кара-Мурза-старший: А коррупционер может быть патриотом? Вот у Петра I был Меншиков, он всю страну разворовал, солдаты ходили в дырявых шинелях и в дырявых портянках, при этом он был героем Полтавы и Ниеншанца. То есть Меншиков был настоящим героем, но при этом был коррупционером. Как одно с другим уживается?

Смотрите так же:  Очередной отпуск несовершеннолетним

Илья Шуманов: Мне кажется, алчность всем свойственна. Человек может быть героем, но и быть алчным. Эти вещи не взаимосвязаны. Плохой человек может быть героем, единожды исполнив долг и получив медаль, так и наоборот. То есть это процесс мутации человека, когда он может перейти из одной плоскости в другую. И это совершенно нормально. Как хороший человек может стать негодяем, так и наоборот, человек может исправиться.

Владимир Кара-Мурза-старший: То есть вы считаете, что это два разных измерения, когда человек грабит свою страну и защищает ее с оружием в руках?

Илья Шуманов: Нет, человек может быть патриотом своей страны и одновременно являться коррупционером.

Владимир Кара-Мурза-старший: Оригинальная точка зрения.

Владислав Наганов: А я бы по-другому расставил акценты. Человек может считать, что он патриот. Действительно, в конце концов, он может эволюционировать психологически до такого состояния, что считает, что он действительно защищает страну от внешних угроз, что он абсолютно честен, одновременно воруя. А почему это происходит? Человек же не может считать, что он преступник, он не может в душе осознавать: «Да, я ворую». Он психологически пытается защититься от этого. И в итоге за многие годы, пока он этим занимается, у него вырабатывается условный рефлекс, когда он уже свои действия не считает каким-то преступлением.

Владимир Кара-Мурза-старший: Не оценивает критически.

Владислав Наганов: Он действительно считает, что он патриот, что он борется с теми, кто его разоблачает. И он действительно считает: «Они – это какие-то агенты».

Илья Шуманов: Я хочу привести интересный пример. Мы считаем, что в Скандинавии низкий уровень коррупции, там гораздо меньше коррупционных преступлений. Но все равно они происходят. Раз в год какой-то большой скандал страну начинает трясти, например, потому что министр использовал служебную машину для того, чтобы поехать в театр. В любой скандинавской стране происходят злоупотребления, использование служебного положения. Соответственно, идет речь о том, чтобы человек покинул свой пост, и он свой пост оставляет.

Можно ли считать человека, допустившего этическое нарушение, патриотом? Естественно, он патриот. Но есть системная коррупция и акт индивидуальной алчности, когда сейчас и здесь человеку захотелось взять денег, он принял это решение. Ну, у всех бывает такая ситуация. Человек может сорваться, может поступить не совсем корректно. И мне кажется, что это свойственно не только тем людям, которые являются негодяями, хороший человек тоже может оступиться.

Владимир Кара-Мурза-старший: Но если человек ворует у конкретных людей. Например, в блокаду Ленинграда у кого-то был хлеб, а у кого-то были картины Леонардо да Винчи, Рафаэля. И вот он менял картины на хлеб. А если человек ворует из госбюджета? То есть не конкретных людей он обездолил, а абстрактный госбюджет. Я считаю, что это разные вещи.

Илья Шуманов: Госбюджет – это деньги налогоплательщиков, в том числе мои деньги. Я к госбюджету отношусь как к своим деньгам, и всячески проповедую эту идею. А мне говорят, что это ничьи деньги! Это из советских времен дошедшая до нас догма о том, что бюджетные деньги – это государственные деньги. Нет, это мои деньги.

Владислав Наганов: Они-то как раз считают наоборот: это какая-то обезличенная, большая масса денег, в том числе наполненная за счет нефтегазовых доходов. И они не видят за этой прорвой денег каких-то обездоленных, пожилых людей, инвалидов, которые влачат нищенский образ жизни. У нас же 20 миллионов человек, по официальным данным, живут за чертой бедности.

Владимир Кара-Мурза-старший: И Шувалов про них сказал: «Кто будет покупать квартиры в 20 метров? Да люди об этом мечтают». Что, он не знает, как люди живут?

Илья Шуманов: Я думаю, что они очень сильно оторваны от реальности. Такое бывает, когда с утра до вечера проводишь свою жизнь за пределами реальной среды обитания большинства россиян.

Владимир Кара-Мурза-старший: Адвокат Барщевский выступал на одной радиостанции и сказал, что люди уехали за границу, не смогли вернуться, потому что разорилась авиакомпания. Он говорит: «Но они же поехали туда не на последние деньги. Пусть купят другой билет». А они взяли у государства заем, чтобы поехать за границу. Это студенты, которые путешествуют. То есть он даже не знал, что у нас есть такие люди. Вообще человек не знает жизни.

Илья Шуманов: Два разных мира, и они как-то уживаются в России.

Владимир Кара-Мурза-старший: Так надо с этим бороться, я считаю. А как их можно вернуть с небес на землю? В частности Шувалова.

Илья Шуманов: Это очень сложный вопрос. Я думаю, что завтра прийти в кабинет Шувалова и сказать: «Шувалов, ты больше не работаешь, а работает Владислав.

Владимир Кара-Мурза-старший: А так и будет когда-нибудь.

Илья Шуманов: И я бы очень сильно хотел, чтобы к власти приходили молодые технократы, люди, которые четко понимают, что такое чиновничество, что такое бюджетные деньги.

Но у меня двоякое отношение к этим людям, хотя доказаны факты коррупции, какого-то излишества, которое у них есть. Общество достаточно терпимо к этим вещам. К сожалению, людей, которые готовы терпеть, гораздо больше, чем тех, кто не готов терпеть, которые готовы сопротивляться или выступать против этого.

Владислав Наганов: У нас есть показатели просмотров на YouTube фильма про Медведева – его посмотрели 13 миллионов человек. Я уверен в том, что половина, как минимум, а скорее всего, три четверти из них возмущены этим. И при определенных условиях они бы терпеть не стали. С другой стороны, что может предпринять каждый конкретный человек в данной ситуации. Вот я тоже не хочу терпеть. Я могу выйти на улицу и начать громко кричать. Вот с митингом можно выйти. И про это уже Алексей Навальный сказал: раз они не слышат, надо выходить с митингом, кто не хочет терпеть. Он подал уведомление на 26 марта и сейчас ожидает ответа. И по всей стране, в том числе, тоже.

Чем отличается ситуация у нас от ситуации в Корее? Люди там не привыкли терпеть. Там же случилась схожая схема, когда из-за того, что какие-то сомнительные деньги поступали в фонды, связанные с президентом, в итоге там импичмент объявили, а до этого миллионные демонстрации выходили. А почему у нас не выходили миллионные демонстрации? Ну, это вопрос политической культуры. А политическая культура складывается из политического режима, из того, в каких условиях мы находимся здесь. Если бы корейцы оказались у нас, они бы тоже не смогли ничего предпринять.

Илья Шуманов: Политическая культура – это очень аморфная вещь. Мы не можем сказать: мы политически безграмотны. Люди знают политические партии, которые знают, как голосовать, отличают одну партию от другой. То есть люди примерно понимают, о чем идет речь. Вопрос в том, что правосознания у людей до сих пор нет. Люди не понимают, кто платит налоги в нашей стране. Платит налоги работодатель. То есть гражданин находится в некой прострации. Он говорит: «Я буду получать «черную» зарплату. А сколько «белую»? А сколько на руки я буду получать?» Его не сильно интересует количество налогов, уплаченных им государству. И такое же отношение к налогам, к бюджетным деньгам. Человек очень спокойно относится к тому, что эти деньги использует кто-то другой не по назначению.

Как только гражданин станет налоговым агентом, как только он будет заполнять налоговую декларацию – в этот момент просыпается гражданин, просыпается правосознание, в этот момент человек понимает, что он свою копеечку, которую он должен был потратить, отдает, перечисляет государству. И с государства он может потребовать за эту копеечку. Как только существует некий другой налоговый агент в виде его работодателя, который платит налоги, до этого момента ничего не будет происходить, и будут спокойно происходить такие процессы. На мой взгляд, это системная реформа, которая связана с налоговым администрированием. И кто будет являться налоговым агентом. Собственно, эксперты Кудрина достаточно серьезно прорабатывали этот вопрос. Но пока все в виде какой-то дискуссии.

Владимир Кара-Мурза-старший: Есть такая теория, что богатый человек, считается, уже наелся, и он будет честно работать. А я так не думаю. У богатого человека и качество жизни другое, у него больше расходы, поэтому он и дальше будет воровать, если он останется на каком-то государственном посту.

Владислав Наганов: И практика это показывает. Есть один очень богатый человек в России, с часами за сотни тысяч евро. И речь шла о том, чтобы в одном из гостинично-офисных комплексов одной из подконтрольных ему компаний подняли арендную плату на 100-200 долларов. Так он лично звонил генеральному директору гостиницы и говорил: «Как это так, подняли на 100-200 долларов арендную плату?!» Это человек, у которого сотни миллионы долларов. То есть многие из них даже в этой ситуации цепляются за каждую сотню долларов. Возможно, как говорят, именно этот подход и делает их богатыми.

Но есть и другие люди, которые вкладывают огромные средства в благотворительность, – и не только на Западе, у нас тоже такие есть. Ну, это другой типаж людей. Это люди, которые готовы помогать, а иногда они еще и анонимными остаются. То есть не просто пропиариться на этом, а они содержат благотворительные фонды, которые делают реальное дело, – помогают людям. И таких людей можно уважать, даже несмотря на то, что ему эти деньги достались сомнительно.

Владимир Кара-Мурза-старший: У нас на связи Максим Круглов, эксперт Антикоррупционного центра партии «Яблоко».

Максим, почему в России не снижается уровень коррупции?

Максим Круглов: Есть две главные составляющие этого явления. Во-первых, отсутствие институтов, которые бы способствовали снижению уровня коррупции. Потому что люди, которые эти институты конструируют, сами кровно заинтересованы в коррупционной системе, которая функционирует на их материальные блага. Во-вторых, отсутствие политической культуры, то есть отсутствие у людей привычки оказывать давление на власть, тем самым ее провоцируя к переменам, к созданию тех институтов, которые препятствовали бы коррупции.

А отсутствие политической культуры возникло не из-за того, что у нас народ какой-то не такой, не приспособлен к демократии, к каким-то европейским принципам. Это сознательно делается политической элитой, которой выгоден покорный народ. Сознательно культивируются такие установки по телевизору. Сознательно понижается явка на выборах, когда гражданам говорят: «От вас, товарищи, ничего не зависит, поменять вы ничего не сможете, повлиять вы ни на что не сможете. Все равно такие-то люди будут у власти. Поэтому лучше занимайтесь своими делами. Мы будем сами по себе, а вы будете сами по себе». Вот пока эти две части не сойдутся друг с другом, каким-то образом не заработают, мы сможем видеть исключительно кампанейщину, какие-то разовые случаи борьбы с коррупцией для решения собственных внутриполитических задач со стороны власти. И никакой системы, никакой принципиальной парадигмы борьбы с коррупцией мы не увидим. Ну, для этого нужно повышать правосознание граждан и их веру в то, что от них что-то зависит.

Владимир Кара-Мурза-старший: Я читал, что коррупция состоит и в том, что людям предоставляют какие-то услуги, которые им не положены, например, чиновникам.

Илья Шуманов: Вы говорите о привилегиях. Борьба с привилегиями – это та кампания, на волне которой пришел к власти Борис Николаевич Ельцин. Я помню его выступления, когда он публично говорил: «Я отказываюсь от служебной машины. Наина Иосифовна категорически против того, что я отказываюсь от машины, но я настаиваю на этом. Буду самостоятельно добираться до работы. А если я приду к власти, я заставлю всех перейти». Борис Николаевич Ельцин пришел к власти, но все равно он пользовался служебной машиной, ничего от этого не поменялось. Система заставила его использовать служебный автомобиль и прочее.

Действительно, существует очень большая система скрытых благ, скрытых бенефитов для чиновников и для депутатов, особенно это касается чиновников класса «А», то есть высшей касты российской политической и административной элиты. И мы достаточно часто сталкиваемся с этими вещами в своих расследованиях. Например, получение квартир генералами УФСИН, вице-премьером Рогозиным. Наше расследование показало, что квартира стоимостью больше 300 миллионов рублей просто так была выделена и потом приватизирована господином Рогозиным. Она находится в элитном доме. Квартира в 150-170 метров. Он ее потом уже поменял на квартиру стоимостью полмиллиарда рублей. И все это в рамках зарплаты вице-премьера. То есть получение возможности приватизации или доступа к такому имуществу – это блага, которые контрастируют с общим уровнем жизни. Что такое 300 миллионов рублей для Химкинского округа, например? Два детских сада на эти деньги можно построить. Это какие-то сумасшедшие деньги, которые в нашу реальность не вписываются совершенно.

Если брать по каждой из категории – перемещение, транспорт, бизнес-класс, отдых.

Владимир Кара-Мурза-старший: «Золотые парашюты».

Илья Шуманов: В основном «золотые парашюты» касаются топ-менеджмента государственных компаний и государственных корпораций. Это отдельный разговор. В нормативном поле они остаются на усмотрение самих госкорпораций и госкомпаний.

Владимир Кара-Мурза-старший: По-моему, «Почта России».

Илья Шуманов: Сейчас возбудили дело на менеджеров «Почты России».

Владимир Кара-Мурза-старший: Один из них по итогам года себе присвоил несколько зарплат.

Илья Шуманов: Самопремирование – это один из способов получения дополнительных привилегий, льгот. Выделение земельных участков родственникам или знакомым – это история, которая находится в категории муниципальной коррупции. Это самый страшный бич в системе муниципального управления. Единственное благо, которое есть у муниципалитетов, – это земля, которая может эксплуатироваться. И вот она передается.

То есть в каждом секторе мы найдем возможности помочь с устройством в детский садик или в школу нужную. Это негласное правило, когда силовики имеют приоритетное право на получение места в детском саду в силу федерального закона.

Владимир Кара-Мурза-старший: А как идет расследование убийства журналиста Бекетова и истории с Химкинским лесом? Я все-таки считаю, что его убили. Потому что он прожил несколько лет после избиения, но все-таки умер.

Владислав Наганов: Оно фактически никуда не двигается.

Владимир Кара-Мурза-старший: Ничего нового не появится? Не названы люди, которые его избили?

Владислав Наганов: Мало кто сомневается в том, кто был заказчиком. Нити шли в тогдашнюю администрацию.

Владимир Кара-Мурза-старший: Они даже не скрывали, что они ему угрожали.

Владислав Наганов: И что касается коррупции на муниципальном уровне. Если мы берем муниципальный уровень, то ведь по всей стране тысячи муниципалитетов, и далеко не все муниципалитеты такие богатые, как Химки. В Химках бюджет составляет 11,5 миллиарда рублей. А бюджет, например, Дубны, городского округа на севере Подмосковья, – около 2 миллиардов, Талдомского района – еще меньше, миллиард с чем-то. При этом мы видим, что в этих местах тоже существуют такие схемы. Эти мутные схемы повсюду, когда глава района, например, являясь учредителем ООО, сам же заказывает у себя услуги и оплачивает эти услуги из муниципального бюджета.

Владимир Кара-Мурза-старший: Да и в Москве полно таких. А чуть подальше – начинаются лакомые куски, например, на берегах Волги, и там землю можно за бесценок приватизировать и отдавать.

Владислав Наганов: Но сейчас подобные операции с землей в тех местах не пользуются особой популярностью. Скорее, речь идет о том, что именно на госзакупках из муниципального бюджета паразитируют, под родственников отдают подряды, просто раздают деньги из муниципального бюджета по различным схемам.

Владимир Кара-Мурза-старший: А госзакупки как-то регулируются? Я иногда вижу, что Министерство внутренних дел какой-нибудь республики заказывает себе огромные, шикарные апартаменты из чистого золота, дом приемов с бильярдом. С какой стати? Это же наши деньги, как вы выражаетесь, но уходят не по назначению.

Илья Шуманов: Существует система нормирования. У нас была интересная история в Калининградской области, когда на уровне государственных органов власти была введена система нормирования, и наше федеральное правительство считало, что автоматически она распространяется на муниципальные образования. А муниципальные образования так не считали, и для себя продолжали закупать дорогие машины, услуги аренды, лизинга какого-то дорогого оборудования или дорогие автомобили в аренду брали. Мы направили письмо, мои коллеги из Калининградской области получили разъяснение из правительства Российской Федерации. И получилось, что муниципалитеты тоже должны подчиняться этим требованиям. После этого прокуратура отреагировала – и их аппетиты упали до уровня среднестатистического, положенного чиновнику. Но это не везде делается. Не все об этом знают, не все умеют пользоваться нормативным полем. Где-то активисты борются с роскошью, а не с нарушениями в государственных закупках. Но в целом система государственных закупок не терпит непрофессионализма. Обывателю достаточно трудно разобраться в системе государственных закупок.

Смотрите так же:  Договор осаго пример заполнения

Мы сейчас анализируем Министерство обороны Российской Федерации, закупки Министерства обороны, и там мы находили достаточно интересные моменты. Один из итогов нашего расследования по конфликту интересов в Министерстве обороны – самолеты Sukhoi Superjet, которые должны были закупаться Министерством обороны. Заместитель министра обороны и один из руководителей, который занимается самолетами, безопасностью полетов, скажем так, могли лоббировать закупку самолетов Sukhoi Superjet. А в компании Sukhoi Superjet работали их дети, на постах руководителей департаментов закупок и контрактов.

И эта система внутри каждой административной единицы находится, внутри органа власти, муниципального образования, органа субъекта Российской Федерации, федерального округа. Везде мы увидим такую модель. А почему такая модель начинает превалировать? Потому что простые взятки опасно брать. Люди начинают бояться, чиновники уже стесняются, пытаются найти схемы, которые не могли бы угрожать им, скажем так, физически. Соответственно, они трудоустраивают родственников на посты, коммерческие заказы отдают фирмам родственников, вводят своих родственников в состав учредителей и так далее. И коррупция из агрессивной формы мутирует в «мягкую» коррупцию, которая гораздо сложнее идентифицируется. Казалось бы, она меньше ущерба наносит системе органов власти и муниципальных образований, но реально она гораздо страшнее.

Владислав Наганов: Кстати, ущерб тоже сильный наносится. Потому что система муниципальных закупок позволяет допускать злоупотребления. Возьмем ремонт дорог. Допустим, городской округ Дубна. Там дороги находятся в настолько ужасном состоянии, что по официальному рейтингу Московской области они на втором месте с конца. То есть хуже только в Протвино и, например, в Алеппо дороги хуже, чем в Дубне. В городе должен проходить ямочный ремонт дорог. В принципе, городу выделены 173 миллиона рублей из бюджета Московской области, чтобы полностью дороги там починили. Там есть подрядчик, который довел дороги города до такого ужасного состояния, два месяца поработал другой подрядчик, а потом вернулся прежний. Причем конкурируя с новым подрядчиком, он предложил сумму на торгах на 9 миллионов рублей меньшую, то есть ниже рентабельности, ниже всего. То есть честно выполнить работы заведомо нельзя. Но ему отдали. Ясно, что здесь будет продолжаться то же самое. Поэтому город находится в состоянии, близком к социальному взрыву. Люди верят, что все починят, а тут опять приходит кто-то. И видно, что этот контракт нормально исполнить невозможно. То есть можно подумать, что сумма в 9 миллионов рублей незначительная, – но какой ущерб от этого будет городу!

Владимир Кара-Мурза-старший: Памятное «дело Магнитского», когда его специально, я считаю, следователи довели до смерти. В частости, активисты партии «Яблоко», Валерий Васильевич Борщев много им занимались. Почему оно осталось хрестоматийным случаем коррупции, за который никто не ответил?

Максим Круглов: Никто из виновных не ответил перед российским правосудием?

Владимир Кара-Мурза-старший: Следователи сказочно обогатились. Какой-то следователь был нищим, а стал долларовым миллиардером. С какой стати?

Максим Круглов: Это же политическая история, так как Америка приняла «закон Магнитского», в том числе благодаря активистам нашей партии. И это стало корпоративным делом для нашей власти – защищать тех, кто во всем этом участвовал и во всем этом виновен. Если бы они привлекли виновных по этому делу пусть даже к «мягкой» ответственности, то это послужило бы сигналом к тому, что они подчинились некоему давлению извне, Госдепартаменту США и так далее. Эти люди попали под санкции американцев, но при этом пользуются всеми возможными привилегиями внутри страны, как пострадавшие борцы с давлением Госдепартамента. Хотя не факт, что если бы не было этого давления, они бы ответили по всей строгости закона. Потому что у нас система сложилась такая, что начальство покрывает своих подчиненных, потому что оно в этом смысле тоже в доле. Поэтому этот громкий и трагичный случай закончился ничем.

Владимир Кара-Мурза-старший: А обыск у Зои Световой – это был эпизод мести тем, кто это дело раскрутил? Вообще ее надо оставить в покое. Это женщина с героической биографией и судьбой.

Максим Круглов: Конечно, надо оставить в покое. Зоя Светова – один из ведущих правозащитников, которая защищает заключенных в российских тюрьмах. У нас пенитенциарная система находится в таком состоянии, что без этих героических людей у заключенных вообще не было бы никакой надежды на более или менее гуманное обращение.

Но обыски сейчас приобретают лавинообразный характер. И тут уже очень сложно разобраться: у кого, за что, почему. Сегодня прошел обыск у лидера молодежной организации «Яблоко» в Ставрополе – вроде бы за то, что он организовывал одиночный пикет у ФСБ. В течение нескольких часов правоохранительные органы с собаками обыскивали его квартиру. Вроде бы, по нашей информации, нашли некий пакетик с каким-то зеленым веществом, что, нам кажется, абсолютная фальсификация.

Мы недавно разместили рекомендации Андрея Бабушкина – это краткий ликбез о том, как себя вести во время обыска. И это стало очень популярным, потому что любой оппозиционный политик, даже любой гражданский активист вполне может ожидать у себя появления в квартире оперативников. Надо очень спокойно, скрупулезно следовать этим рекомендациям. Это единственный шанс, что хотя бы вам ничего не подбросят. Потому что это действительно приобретает какой-то лавинообразный характер. Ильдара Дадина отпустили, но при этом осуществляются бесконечные акты запугивания, чтобы политики и гражданские активисты понимали, что лучше перед выборами президента особо не высовываться.

Владимир Кара-Мурза-старший: В понедельник был обыск у Александра Гаврилова, главного редактора «Книжного обозрения». Это человек не от мира сего, занимается только книжками. Его шесть часов обыскивали, потому что он дружил с Александриной Маркво, которая уехала за границу. И непонятно, что могли у него искать.

Почему так асимметрично отвечает власть тем, кто ее пытается разоблачить в коррупции?

Владислав Наганов: Одновременно с этим появились сообщения о том, что начали вызывать на допросы людей, которые были связаны с делом «Яндекс.Кошельков» еще во время избирательной кампании мэра Москвы. И им начали предлагать, чтобы они писали заявления, чтобы они признали себя потерпевшими по этому делу, или просто дать какие-то показания. И можно предположить, что, действительно, это асимметричная реакция на расследования Фонда борьбы с коррупцией.

Владимир Кара-Мурза-старший: Я думаю, что если там была Оля Романова, то они ничего не найдут, никаких злоупотреблений. Она занималась «Яндекс.Кошельком», когда была «белоленточная революция». На митинги аппаратуру закупали. И тогда уже придирались к ней. Но проверили – все было чисто. А она опытный человек. Ее муж сколько лет просидел в лагере ни за что.

Илья Шуманов: Я не на все политические вопросы могу ответить, потому что я не являюсь политологом или экспертом в этой теме. Но я слежу за средствами массовой информации. Мне кажется, что надо понимать логику работы следователей. У конкретного следователя нет задачи посадить в тюрьму, он лично не желает посадить в тюрьму условного гражданского активиста или оппозиционера. Есть некая система сигналов, которая проходит сверху до самого последнего следователя. И человек, находясь в системе, вынужден реагировать на нее своими действиями. Или не реагировать, уволиться с этой должности.

А когда гражданский активист или оппозиционер действительно может допустить преступление. Ну, такое чисто теоретически может случиться. Как будет реагировать публичное поле общественных деятелей, средства массовой информации, Радио Свобода и другие? Может возникнуть ситуация, что будет поддержка вне зависимости от того, совершено преступление или нет. Поэтому мне очень сложно судить. Надо в каждом деле разбираться индивидуально. Мне хочется думать, что большая часть преступлений – это заказные дела. Но я не думаю, что Зоя Светова находится с Алексеем Навальным в какой-то прямой связи. Одновременно давление идет и на нее, и на Навального, и на других гражданских активистов, например, активистов «Яблока». Я думаю, что надо каждый случай разбирать в отдельности. Естественно, оппозиционеры в нашей стране находятся в бесправном положении. И конечно же, им требуется дополнительная защита, в том числе со стороны общества, как мне кажется.

Владимир Кара-Мурза-старший: А будут ли добровольные помощники Алексея тоже подвергнуты давлению?

Владислав Наганов: Сейчас власть посылает сигналы, как будто бы она смягчается – отпустили из тюрьмы Ильдара Дадина, отпустили Севастиди, в Кургане отпустили женщину, которая сидела якобы за репост видео с ребенком. И в этих условиях вряд ли кто-то будет устраивать какие-то широкомасштабные репрессии, тем более в предвыборный отрезок, когда остался год до выборов президента, вряд ли на такое пойдут. Поэтому я думаю, что небольшими всполохами активности пока все и ограничится. Никто не заинтересован в том, чтобы раскачивать ситуацию, дестабилизировать ее. Я думаю, что такого не будет.

Максим Круглов: Я не был бы так оптимистично настроен по этому поводу, потому что действительно последовала волна обысков. Мне кажется, что во власти существует некий принцип равновесия. Трех человек, которые были обвинены по самым абсурдным обвинениям, выпустили, то есть исправили некий перегиб исполнителей. Но при этом надо подать другой сигнал, что заниматься гражданским активизмом, оппозиционной деятельностью – это по-прежнему в России небезопасно, и если вы этим занимаетесь, то будьте готовы к обыскам и дальнейшим следственным мероприятиям.

Действительно, Зоя Светова, потом у руководительницы организации Gulagu.net проходил обыск в тот же день, что и у Зои Световой. У нескольких активистов партии «Яблоко» проходят обыски. То есть это какое-то системное явление. Поэтому, к сожалению, я не стал бы делать оптимистичный прогноз по этому вопросу. Всем нужно быть очень осторожными и скрупулезно соблюдать закон. И я бы еще раз советовал посмотреть рекомендации Андрея Бабушкина, они выложены в аккаунтах партии «Яблоко». Он достаточно четко, кратко и тезисно объясняет, как нужно себя вести при обыске, чтобы избежать возможных провокаций, перегибов, подлогов и так далее, чтобы как-то минимизировать все возможные риски.

Владимир Кара-Мурза-старший: Вот к чему приходится готовиться борцам с коррупцией – к тому, что к ним придут.

Илья Шуманов: Это же очевидно – если ты начинаешь заниматься такими вещами, надо морально быть готовым к тому, что у тебя произойдут, может быть, какие-то неприятности, которые ты не планировал получить. То есть это реакция системы на любой раздражитель.

Владимир Кара-Мурза-старший: У меня есть книжка времен брежневского «застоя» диссидента Альбрехта, которая называется «Как быть свидетелем». И там такой эпиграф. Следователь: «Откуда у вас Евангелие?» Свидетель: «От Матфея». Так и надо на все вопросы отвечать, потому что другого языка они не понимают. Кстати, я ее подарю партии «Яблока», чтобы они издали репринт. Ее издали как раритет в перестройку Горбачева, что, мол, никогда не пригодится. А ничего подобного, еще не раз будет такая ситуация.

Тогда нужно, наверное, вместо этого фильма, может быть, подать какие-то иски, чтобы завести уголовные дела против коррупционеров?

Владислав Наганов: Это логично. Но система так выстроена, что она реагирует только в исключительных случаях. Я приведу пример. Казалось бы, это не федеральный, а какой-то мелкий районный уровень. Я писал про главу Талдомского района. И талдомские депутаты обращались в прокуратуру по поводу того, что раздаются подряды родственникам в коммерческих организациях, мол, проверьте. А прокуратура отвечает: «Нет, все в порядке. Это же не он подписал, а его заместитель. Тут нет конфликта интересов». Эта система так выстроена, что она не реагирует. И я это опубликовал у себя в блоге, это очень широко разошлось – сотни тысяч просмотров. Потом я общался с людьми на муниципальном уровне. Они говорят: «Навальный же репостнул тебя. Поэтому вряд ли теперь займутся правоохранительные органы, иначе это будет выглядеть так, будто бы они среагировали на то, что Навальный репостнул. Если бы информация разошлась, то началось бы, а раз это так получилось, то извини». Но это же маразматическая ситуация.

Владимир Кара-Мурза-старший: Это как бы выступить на его стороне в предвыборной кампании.

Илья Шуманов: Алексей Навальный – это еще и политик, помимо того, что занимается борьбой с коррупцией. Естественно, его воспринимают как политика, как претендента на власть. И власть не хочет отдавать свою власть кому-то, хоть и более достойному, – молодому, энергичному, с большим количеством сторонников. То есть она будет стараться удерживать эту власть у себя, и это логично. Мы сталкивались с такой ситуацией, когда наши обращения сначала игнорировались, но когда идет большое количество обращений по существу, то можно добиться правды.

В Калининградской области есть Неманский район, один из самых беднейших районов Калининградской области. Там есть глава администрации района, прекрасный человек. По нашим заявлениям было возбуждено уголовное дело. Он проходит обвиняемым по делу. Акты реагирования прокуратуры, несколько выигранных судов. Это все длится три года. И на протяжении трех лет он сидит в своем кресле. Даже если правоохранительные органы реагируют, даже если есть реакция прокуратуры, Следственного комитета, решения судов, то это не значит, что этот человек покинет свой пост.

Поэтому я бы не сильно обольщался по поводу работы наших правоохранительных органов. Они могу сработать хорошо, но существует система политического сдерживания всех решений, которая играет на руку тем людям, кто находится у власти на муниципальном уровне, а про федеральный уровень я вообще не говорю. Потому что когда мы говорим про Генеральную прокуратуру и Дмитрия Анатольевича Медведева, мы должны понимать, что два однокурсника Дмитрия Анатольевича Медведева находятся на постах заместителей генерального прокурора. А заместитель руководителя Следственного комитета – это однокурсница Дмитрия Анатольевича Медведева. И так далее. Если мы начнем перечислять, то мы увидим.

Владимир Кара-Мурза-старший: Коновалов, министр юстиции.

Илья Шуманов: Понятно, что у него нет административных функций, как у правоохранителя.

Владимир Кара-Мурза-старший: Он может всех нас объявить «иностранными агентами».

Илья Шуманов: Вот это он и делает.

Владимир Кара-Мурза-старший: А будет ли расти уровень взяточничества и средний размер взятки?

Владислав Наганов: Да, конечно, будет и дальше расти, и объем коррупции в стране будет расти, и средний объем взятки будет расти. Нет никаких причин, которые бы это остановили. Редкие показательные антикоррупционные дела, как в случае с Гайзером или Хорошавиным, видно, что не системные. Что, это единственные губернаторы у нас в стране.

Владимир Кара-Мурза-старший: Никите Белых не смогли пока ничего предъявить. А человек скоро год сидит в одиночной камере.

Владислав Наганов: Столько губернаторов, к которым можно прийти.

Владимир Кара-Мурза-старший: А пришли выборочно. Мне кажется, что если человек попал, он уже не выпутается оттуда. Как произошло с министром Улюкаевым. А сегодня еще и Костина туда приписали, что он якобы через него требовал взятку у «Роснефти». Я думаю, что уже не остановишь этот снежный ком.